Мой друг – советский нуар

О самом известной нуарной ленте СССР
Дорогие друзья, рад вас приветствовать на канале, который посвящен глобальному культурному явлению, известному специалистам как нуар. Хотя раньше оно обозначалось словосочетанием «мрачные криминальные драмы». Рассказчиком неизменно являюсь я, историк и писатель Андрей Васильченко, в том числе автор культурологического бестселлера «Пули, кровь и блондинки. История нуара»

Не так давно мы начали цикл рассказов о фильмах, которые можно было бы назвать «советским нуаром». Сегодня мы делаем очередную публикацию, и она посвящена фильму Алексея Германа «Мой друг Иван Лапшин» (1984). Надо отметить, что творчество А. Германа сложно назвать оптимистичным - нуарные нотки сквозят едва ли не в каждой ленте. И надо отметить, что родство с нуаром было однозначно подчеркнуто в трехсерийном телевизионном фильме «Рафферти», где Герман сыграл роль журналиста. Однако истинно беспросветный мрак можно было увидеть в последней ленте «Трудно быть богом».

Многие отмечали, что «Трудно быть богом» невозможно смотреть. Поразительно, но то же самое по поводу фильма «Мой друг Иван Лапшин» сказали не самые «радостные режиссеры» Элем Климов и Андрей Смирнов. Многие обвинил фильм в «очернении действительности», собственно обвинения, которые сыпались на многие нуары разных лет и разных стран. Несмотря на тяжелую атмосферу, «Мой друг» принадлежит к числу одних из самых известных советских лент. Наверное, нет такого соотечественника, который хотя бы не слышал про эту ленту.

Герман (может быть, невольно) произвел адаптацию классических нуарных ампула под советскую реальность 30-ых годов. Есть закадровый голос и рассказчик, в роли которого выступил маленький мальчик, вспоминающий годы спустя о событиях прошлого. Иван Лапшин - начальник провинциального уголовного розыска. Бывший ветеран (что для нуара не редкость) – человек крайне жесткий и в своей принципиальности даже жестокий. Например, он убивает бандита Соловьева, который хочет сдаться после совершенных им злодеяний.

В качестве советской femme fatal выступает актриса местного театра Наталья Адашева, которую играет Нина Русланова. Её роковая частичка характера отражена в теме любовных переживаний, складывающихся в ретро-любовником треугольнике, в котором третьей стороной является журналист Ханин (пожалуй, самая некомедийная роль Андрея Миронова). Сцену, где он безуспешно пытается покончить с собой, можно отнести к одной из самых трагичных в советском кинематографе

Фильм «Мой друг Иван Лапшин» и классический нуар также роднит стремление к документальности и правдоподобности. Сейчас многие американские нуары 40-ых годов используются для воссоздания обстановки тех лет (улицы, интерьеры, одежда и т.д.) С фильмом Германа несколько иная ситуация. Подготовка к съемкам шла многие годы. Кропотливо собирался материал, восстанавливались визуальные детали. И опять же подобно нуару «Мой друг» - это вовсе не детективная лента, хотя криминальная составляющая в ней играет важную роль.

Опять же нуар и фильм Германа роднит некоторая хаотичность изложения материала. Многие сравнивали «Моего друга» с «броуновским движением». Действительно (как и в нуаре) выстраивание сюжета не предполагает четкой линии. В нуаре сюжет вообще не всегда совпадает с фабулой (то есть событиями, изложенными в хронологическом порядке). А еще на всем фильме лежит «печать смерти» (выражаясь нуарными категориями). Она запечатлена на лице Ивана Лапшина (актер Андрей Болтнев потом не раз играл свершено неоднозначных персонажей), а также на облике трущоб, где орудует банда Соловьева, она даже в репертуаре местного театра, где ставят «Пир во время чумы»

На этом мы заканчиваем наше сегодняшнее повествование. Однако очень скоро мы вновь продолжим рассказывать про т.н. «советский нуар». А потому не забывайте читать наш канал, а ещё лучше подписывайтесь на него. Искренне Ваш Андрей Васильченко!

Made on
Tilda