«Тёмная сторона страсти» (2004)
Вызывающий нуар, который продюссировала Николь Кидман
В нашем недавнем материале мы рассказали о самых мрачных маяках мирового кино (маяк как объект). Сейчас нам хотелось бы дополнить список одной лентой, которая не слишком хорошо известна отечественному кинозрителю, однако имеет принципиальное значение для мрачного кино в целом и «теме маяков» в частности.

Мы будем рассказывать о фильме 2004 года, который в отечественном (ограниченном) прокате шёл под названием «Темная сторона страсти». Хотя оригинальное название «In the Cut» было бы правильнее перевести как «В разрезе», что более точно передает суть ленты через множественность смыслов, заложенных в это слово. «Разрез» и как сквозной анализ тайных желаний (так сказать, отсылка к фрейдизму), и как грубый «разрез» на теле, сделанный каким-то острым предметом.

Если же говорить о маяке, то история начинается с маяка и заканчивается на маяке. Преподавательница английской литературы задает своим студентам задание – изучить роман, в котором какую-то старушку убили на маяке. Для убедительности данный маяк нарисован на учебной доске. И именно с этого момента запускается причудливая цепочка сложных, как правило, выходящих за рамки общественных пpuличий ассоциаций. Тем более что ассоциации и подтекст – призвание главной героини

Френи Эйвери (в исполнении Мег Райан, которая ещё обладает тем обликом, к которому мы привыкли) пытается написать книгу. Один из полицейских детективов спрашивает её: «Это профессия или хобби?» На что Френи отвечает: «Страсть!» Однако страсть необычная - героиня словно пытается найти потустороннее или подспудное значение привычных слов и фраз. Она в буквальном смысле коллекционирует их, одержимая страстью фанатичного «собирателя». В этом ей помогают многие люди: непутевая сестра, студенты, вхожие в криминальные районы Нью-Йорка, сомнительные типы из мрачных переулков.

Кажется, что завязка истории будет базироваться на том, что один из студентов пообещал достать дневник серийного убийцы, который, якобы, доказывает, что тот не совершал злодеяний. Однако это лишь очевидная ассоциация, так как почти сразу же после этого Френи становится свидетельницей сцены, достойной «фильмов для взрослых». Правда, лица мужчины она не видит, замечает лишь татуировку на его запястье. Собственно в этом нет ничего предосудительного, если бы девушку из «сценки» на следующее утро не нашли мертвой. Причем, обнаружили не целиком, а скажем так, частями.

С этого момента в поэтический и отчасти куртуазный мир «писательницы» врывается приличных размеров частичка мрака. Однако она излишне увлечена своими поэтическими изысканиями, чтобы обращать внимание на реальность. А вот реальность достойна эталонных нуаров. Грязные переулки (в одном из которых на героиню нападают), шаткие лестницы, неубранные гостиничные номера, что расположены непосредственно над весьма сомнительными заведениями. Такое ощущение, что создатели фильма вдохновлялись романами Корнелла Вулдрича (в личной жизни – тоже «фантазера») Всему этому противопоставлены почти сказочные сцены. В частности, разделенный на несколько частей ретро-эпизод катания на коньках.

Однако даже прошлое, которое кажется «пахнущим лепестками ландышей», в действительности не столько идеально, как хотелось бы. В нём тоже отражено фатальное непостоянство, что присуще почти половине персонажей фильма. Романтический рассказ о знакомстве родителей сестер заканчивается «холодным душем разочарования». Отец так же легко бросил семью, как и познакомился со своей будущей избранницей. «Сколько раз он был женат?» - спрашивает Полин Эйвери (в исполнении уже начавшей терять свою знаменитую «юность» Дженнифер Джейсон Ли) «Кажется, четыре или пять» - отвечает сестра

Фильм нельзя назвать триллером, так как он совершенно не про расследование преступлений. По своему стилю он ближе к традиционным нуарам, с их неспешным, местами затянутым действием. В «Тёмной стороне страсти» оное не просто медлительное, а тягучее. Но не как деготь, а как мёд, что принимая во внимание специфику кинофильма, является подходящей метафорой. Тёмный горький мёд.

Впрочем, от привычных для многих нуаров фильм отличает «гуляющий» фокус, что позволяет создать ощущение мнимой сказочности и поэтичности. Переводя на язык образов - такое ощущение, что вы видите мир глазами Бодлера (ну или кого-то ещё из числа «проклятых поэтов»), который перебрал и никак не хочет трезветь

Made on
Tilda