Однажды в Европе случилась «Ночь арлекинов»
Или что будет, если «Джокера» помножить на Кафку?
Признаемся, и скажем честно, о фильме «Ночь арлекинов» (1996) мы узнали не так давно, как хотелось бы. Однако невозможно знать всё на свете. О любом, даже выдающемся фильме ты всегда узнаешь когда-то в «первый раз». Причиной нашей «неосведомленности», наверное, являлось то, что эта кинокартина была создана в Швейцарии

Этот очаг «европейского спокойствия» не является самым примечательным с точки зрения мрачного кинематографа. Среди швейцарских лент, заметных на общем нуар-фоне, можно отметить, пожалуй, фильм Матье Сейлера «Подарок Стефании» (1995) и «Пастушью куклу» (2010), которая была создана творческим тандемом Михаэля Штайнера и Паскаля Вальдера. Так вот, «Ночь арлекинов» стала дебютом этого творческого содружества. Фильм не просто удался, а его можно отнести к числу лучших творений, которые можно назвать «странными мрачными лентами». Или же охарактеризовать предложенным нами термином - «психотропный нуар».

На первый взгляд может показаться, что швейцарская «кино-молодежь» скрестила между собой творения Жана Люка Годара и Стивена Содерберга. В известной мере «Ночь арлекинов» похожа и на «Альфавиль» (1965), и на «Кафку» (1991). Однако «Ночь» является совершенно самостоятельным произведением. И, безусловно, достойно того, чтобы Вы его посмотрели (ну, если Вам, конечно, нравится мрачное и странное кино)

Действие фильма происходит в абстрактной центральной европейской стране, в абстрактной второй половине ХХ века. Здесь установлена обезличенная диктатура, которая именуется «министерским режимом». О природе его судить сложно, ибо он лишен каких-либо опознавательных признаков. По большому счету, как и любое чиновничество. Оно безлико и подобно сыпучим веществам может принять любую форму, в зависимости от того, в какую бутыль вы его насыпали.

На первый взгляд может показаться, что в фильме содержатся аллюзии в ГДР, однако мы рискнули бы предположить, что можно обнаружить отсылки к Югославии периода «харизматичного» правления Тито (включая поиски и уничтожение мнимых врагов из стана якобы «сочувствующих Сталину»). На это указывает пара моментов. Внешность «министерского лидера», который внешне похож на Тито периода конца его правления. А также имена некоторых персонажей. Например, убитый «арлекинами» министр Титус Хорват (Тито был хорватом по национальности, а не сербом, как думают многие).

Главного героя фильма зовут Клаус Кошка, и он работает ревизором, то есть является плотью от плоти безликой бюрократической машины. По этому поводу одна его знакомая даже шутит, рассказывая анекдот. Встречаются два ревизора и один другого спрашивает: «Почему нас, ревизоров, не любят?» «Действительно странно. Мы же ничего не делаем…»

Утро для ревизора началось с похода к стоматологу. Надо отметить, что эпизод не для слабонервных. Сходящий с ума дантист может вызвать оторопь даже у тех, кто не боится проходить «санацию зубов». А когда это приправляется разговорами о политике, да ещё с необходимостью давать «правильные ответы», то это и вовсе напоминает кабинет для пыток. Однако Клауса Кошку «спас» непредвиденный случай. В больницу прибыл пациент с острой болью. А потому ему предложили некоторое время «погулять»

Улицы Города пусты, по ним лишь ходят редкие пешеходы, да изредка мелькают марширующие патрули. Хотя звучит бравурная музыка. От скуки и отчасти из-за любопытства (узнать, откуда ведется трансляция маршей) Клаус Кошка оказывается втянут в высшей мере неприятную заварушку. Он становится свидетелем того, как группа людей, одетых «арлекинами» совершает убийство (сразу же заметим, тема «джокера» тогда была ещё не очень популярной). И убивают не кого-нибудь, а «всеми любимого» министра Титуса Хорвата.

После этого как добропорядочный чиновник Кошка идет заявить о злодеяния, что никак и вписывается в планы «великосветских заговорщиков», которые прикрываются деятельностью мнимой организации «Второй Пленум». С этого момента жизнь Кошки превращается в кошмар, что собственно вполне предсказуемо, если учесть, что фильм является экспериментальным европейским нуаром.

Made on
Tilda