«Иcкyшение Б» - мистический нуар советского образца
Адепты тайного общества «среди нас»
Сегодня мы будем говорить об очень сложном явлении – кинофильме, который с одной стороны обладал чертами т.н. «советского нуара», с другой стороны, в нём наличествовали элементы присущие для «мистических нуаров». При этом всём фильм был снят по сценарию братьев Стругацких. К слову сказать, экранизацией они остались довольны

Мы говорим о ленте 1990 года «Искушение Б», режиссером которой стал не самый известный широкой публике Аркадий Сиренко. По формальному признаку кинофильм можно отнести к «перестроечному кино». В 1990 году уже становилось понятно, что развитие страны зашло в тупик, а Горбачев стал среди населения самым презираемым политическим деятелем современности. В этом статуте (вполне справедливо) он остаётся и посей день

Казалось бы, в этих условиях надо снять нечто острое, крайне актуальное. Однако фильм создается в хороших советских традициях, то есть с качественной игрой актеров, без всякой «дешевой эротики», с некоторым элементом театральности. Опять же сюжетная канва была создана братьями Стругацкими ещё в 1983 году, когда они написали сценарий «Пять ложек эликсира». Прибегая к нынешней терминологии, это был спин-офф их же романа «Хромая судьба». То есть вольное сюжетное «ответвление» от более известного произведения.

Почему же фильм можно полагать мало того, что нуаром, да еще мистическим? В фильме ярко выражена криминальная составляющая. Своего рода смертельная игра «кто лишний», итогом которой должна стать смерть одного из героев. Не детектив, но классическая криминальная драма – то есть собственно нуар. Почему мистический? Потому что на кону стоят не деньги, не власть, не известность, а Бессмертие. Не какое-то отвлеченное, а вполне конкретное Бессмертие, то есть возможность продолжать своё существование на протяжении веков.

Опять же если посмотрим на западные «мистические нуары», то они как раз строятся на схожих сюжетах. И нередко главному персонажу приходится сталкиваться с неким «тайным обществом», что хранит «Великий Секрет». Нам видятся готические соборы, балахоны и прочие горящие свечи. Однако адепты тайных обществ могут вести «самую обычную жизнь», находясь среди нас.

В этом убеждается средней руки писатель Феликс Снегирев, который случайно узнает о существовании некого (как он полагает) лекарства «мафусалина» (производное от библейского долгожителя Мафусаила). Он не придает этому значения. Однако на практике «лекарство» оказывается самым настоящим «Эликсиром Бессмертия», который загадочным образом по каплям собирается в одной из пещер. Количества способного дать бессмертие хватает на пять человек. Только вот он нём уже знают шесть человек. И один из них «лишний»

Представители «тайного общества», в обычной жизни не вызывающие подозрений обычные люди, ставят писателя перед суровым выбором: либо смерть, либо жестокая борьба за Бессмертие. У каждого из них свои доводы и свои собственные интересы. Однако оказывается, что большая часть «бессмертных», которые прожили многие века – это мелочные и ничтожные люди. Главный герой фыркает: «Пушкин погиб, а ЭТИ живут…»

Единственный вызывающий симпатию – Магистр (его роль исполняет Олег Борисов) он пользуется «бессмертием» во имя науки, но ему одиноко среди прожигателей «вечной жизни». В адрес «Князя» (Владимир Зельдин) он презрительно бросает: «Гигантский вкусовой пупырышек». Он стремится убедить «Писателя» в том, что тот через «Бессмертие» познает суть человеческой души, а потому ему лучше присоединиться к «тайному обществу»

Надо отметить, что поведение Феликса Снегирёва похоже на «гуманистическую гордыню». Он сознательно отказывается от всего и не хочет ничего, лишь чтобы его оставили в покое. Для подлинного «Творца» действительно мелковато... А вообще фильм невольно заставляет поймать себя на мысли: «Зачем богатеям их средства? Вот мне бы их и я бы потратил на хорошие дела». Однако на практике стоит только обрести богатство, как «хорошие дела» уходят на второй план. Так что «искушение бессмертием», это тоже своего рода мрачная проверка на подлинность устремлений.

Made on
Tilda