Сама нуарная фантастика современной России
Фильм, в котором пытались совместить «Сталкера» и «Бегущего по лезвию»
Помните присказку про то, что ни делали бы в России, в итоге всё равно получится похоже на автомат Калашникова? Несколько перефразируем её – какой бы фильм ни снимали в России, не важно, к какому бы жанру ни обращались, в итоге получится социальная драма. Это не плохо, конечно, но и не хорошо.

В частности, когда скрещивают нуар и фантастику, то обычно получается либо киберпанк, либо «Секретные материалы». В нашем случае опять получится социальная драма. Именно эти мысли пришли мне в голову, когда я в очередной раз пересматривал фильм «Гадкие лебеди» (2007). Это была вольная экранизация повести Стругацких, предпринятая Константином Лопушанским, коего мы в первую очередь помним по «Запискам мертвого человека» (1986). Если немного отвлечься, то надо отметить, что очень плохо, когда дебютное творение становится апогеем творчества режиссера. От него ожидаешь неуклонного роста, а этого не случилось

О «Гадких лебедях» я вспомнил случайно, когда писал про фильм Валерии Гай Германики «Мысленный волк». Я тогда никак не мог обнаружить и воспроизвести, что же именно мне напоминала последняя сцена, когда пустая электричка погружается в тревожное огненное свечение. И лишь некоторое время назад вспомнил (ВСПОМНИЛ!!!!). Это фактически первая сцена из «Гадких лебедей», когда поезд едет через объятые обильными пожарами леса. Ночь и пустое купе, в котором засыпает главный герой, окрашено багровыми отсветами.

«Гадких лебедей» можно полагать едва ли не самой нуарной фантастикой современного российского кинематографа. У фильма есть как бы две стороны. Картинка и смысл, что спрятан за картинкой. Вот картинка мне очень понравилась. Хотя вполне очевидно, что здесь пытались подражать «Сталкеру» Тарковского, «Бегущему по лезвию» Ридли Скотта и «Темному городу» Алекса Пройаса.

Вообще в фильме можно обнаружить множество элементов, которые вызывают в памяти иные ленты. Девочка Ира, что почти полная копия Уэнди Аддамс в исполнении Кристины Риччи из «Семейки Аддамс». Таинственные учителя из специального интерната аномального города (так называемые «мокрецы») в известной степени похожи на персонажа фильма «Жесть», которого прозвали «Терминатор» и т.д. Впрочем, всё это не слишком отвлекает. Ибо погруженный с багровую тьму город, где непрерывно идет дождь – картинка сама по себе завораживающая. Хотя во многих сценах и ощущается явный недостаток бюджета.

А вот смысл, скрытый за картинкой, особой похвалы вызвать не способен. Тем более что создатели фильма сознательно поменяли многие акценты, что были заложены в литературном произведении Стругацких. В кинокартине - слишком много акцентировано либерального гуманизма. И если в повести отчетливо читалась тревога за судьбу человечества, с которым не намерены соседствовать вышедшие на новую ступень эволюции существа, то в фильме красной нитью проходит: «Любовь спасет мир»

Бездушный интеллектуальной эволюционизм был прекрасно показан в советском фантастическом фильме «День гнева» (1985). Опять же легендарный кино-маньяк Ганнибал Лектер рассматривал себя как пребывающего на новой ступени эволюции, а потому люди видятся ему стоящими ниже в «пищевой цепочке». К слову сказать, в «Дне гнева» т.н. отарки также питались людьми.

А вот в «Диких лебедях» нам предлагают мысль: «Это же всего лишь дети!» И можно было бы с ней огласиться, если бы не знание реалий нашей жизни. «Это-же-дети», рассматривая себя как избранных, заживо сжигали людей в Одессе и убивают мирное население Донбасса, чья «вина» состоит лишь в том, что люди хотят говорить на родном языке. Посмотрите и ещё раз послушайте, что говорят детишки из интерната в фильме. Это с нами общается пугающее будущее. Нельзя не отметить, дети в фильме играли много убедительнее, нежели некоторые взрослые.
Made on
Tilda