Про то, как тьма проникла в кино
О значении тьмы для искусства в целом и кино в частности
Закон сохранения энергии учит нас, что «ничто не возникает из ничего». Эта истина в полной мере применима к сфере кинематографа, в частности к анализируемому нами мрачному жанру, то есть нуару. Это направление в киноискусстве и его визуальные особенности возникли не на пустом месте – им предшествовали театр, фотография, и в конечном итоге живопись. Западноевропейское искусство знало такие блестящие явления как кьяроскуро (буквально «светотень»), караваджизм (от Микеланджело Меризи да Караваджо) и тенебризм (от итальянского tenebre — «тень»).

Всё это – живописная манера, в основе которой лежало резкое противопоставление света и тени, когда густой свет моделирует объёмы и производит контрастные световые эффекты с массивными неосвещёнными участками. Во многом это отразилось в технике съемок, присущей для немецкого кино-экспрессионизма 20-ых годов ХХ века. Для него были характеры мрачные мистические сюжеты, пронизанные ощущением фатальной обречённости человека, враждебности мира, противостоящего всему живому, а также жесткое противопоставление света и тьмы. Революционным в этом отношении стал фильм «Кабинет доктора Калигари» (1920).

Декорации «Калигари» изобиловали зубцеобразными, остроконечными формами, живо напоминающими готические архитектурные каноны. Это была манерность, которая лишь намекала зрителю на то, что перед ним находились дома, стены, ландшафты. Более того, орнаментальная система «Калигари» подчинила себе пространство, делала его условным, для чего использовались жирно нарисованные тени. Нелепые коридоры, изогнутые стены и полная дисгармония света и тени буквально рушили все привычные законы перспективы.
Чуть позже к этим приемам прибег Фриц Ланг. В частности, он использовали нарисованные глубокие тени в помещении, которое должно было изображать притон в фильме «Доктор Мабузе – игрок». В фильме Пауля Лени «Кабинет восковых фигур» при помощи контрастных теней и странных декораций у зрителя вызывалось ощущение беспокойства, которое постепенно переходило в панику. В американских нуар-лентах подобная техника была доведена до абсолютного совершенства.
В классическом нуаре не просто противопоставлялись свет и тень, неизменным атрибутом этого стиля была сделана глубокая ночь. Большинство историй, рассказанных в нуаровских фильмах, происходят преимущественно в ночное время суток. Местом действия в сценах, весьма напоминающих «сон наяву», являются ночные улицы или погруженные во мрак помещения. Любая темнота провоцирует в человеке страхи. В фильме она является символом растущей напряженности, подавленных желаний, видений-галлюцинаций, что в итоге неизменно приводит к насилию и убийствам.
Элизабет Бронфер в своей книге «Глубже, чем кажется днем», а именно в главе, посвященной кино-нуару, исследовала суть и культурно-социальный символизм ночи. Она писала следующее: «Герои нуар-фильмов не только нарушают моральные законы дня, как светлого времени суток, но и восстают против будничного разума. Они не хотят жить по дневному распорядку». В итоге в этих фильмах ночь – это не столько время суток (для большинства людей не слишком-то заметное), а пространство, живущее и функционирующее по своим собственным законам. Сцены, в которых случаются преступления и напоминающие сновидения происшествия, не имеют ничего общего с расчетливой логикой и благопристойными правилами светлого времени суток.
На визуальном уровне нет никаких проблем с тем, чтобы явить зрителю ночь или же элементы с ней ассоциируемые. Это темнота, тени, жесткий контраст и, конечно же, черный цвет – при всем том, что формально черный не принадлежит к классической цветовой гамме. Ни белый, ни черный ни являются цветами в полном смысле этого слова. Они - всего лишь их абсолютное смешение. Но только в одном случае это полное отражение любых цветов, в другом – их полное поглощение.
Всепоглощающая ночь – это время-пространство нуара, основная сцена для действия. Если для нормального человека - ночь это лишь промежуток между двумя днями, то в нуаре всё обстоит совершенно наоборот. Свет дня – это лишь небольшой отблеск того промежутка времени, когда ночь на некоторое время теряет свою силу («спит»). Обычно дневной свет появляется в кадре для того, чтобы в последующей сцене явить новое, ещё более агрессивное «ночное действие». В некоторых фильмах, в частности в весьма популярном пост-нуарном «Городе грехов» Роберта Родригеса ночь вообще никогда не заканчивается. Она безгранично и безвременно властвует на улицах Син-сити.
Но даже у ночной тьмы есть свои оттенки. На визуальном уровне это удалось показать Архипу Куинжи в картине «Лунная ночь на Днепре» - фантастическое полотно, феноменальность которого до настоящего момента не удалось передать ни одной репродукции. Аналогично этому черный – не может быть просто безжизненным цветом – у него есть масса оттенков: антрацитовый (сильный блеск), аспидный, «бычья кровь» (багровый отлив) и т.д.
На этом мы заканчивает наш сегодняшний рассказ! Однако в ближайшем будущем мы продолжим публиковать материалы, посвященные проблеме ночи и теней в искусстве, а потому не забывайте читать наши новые статьи. А еще лучше подписывайтесь на наш канал! Искренне Ваш Андрей Васильченко, автор книги «Пули , кровь и блондинки. История нуара»
Made on
Tilda